Отец и его путешествия. Воспоминания о В.П. Максаковском

Н.В.Максаковский, кандидат географических наук

Разны пути питомцев Геофака
С южных широт до северных морей
Но за скитаньями, за расстояньями, 
Мы никогда не забываем друзей
(Марш географов, 
В.П. Максаковский, 1947)
Keep Reading

Отец как участник войны. Воспоминания о В.П.Максаковском.

Н.В.Максаковский, кандидат географических наук

Летит, летит по небу клин усталый,
Летит в тумане на исходе дня,
И в том строю есть промежуток малый,
Быть может, это место для меня.

(Из песни «Журавли», музыка Я.Френкеля, стихи Р.Гамзатова, 1969 г.)

Мой отец, Максаковский Владимир Павлович (1924-2015), провел на войне, строго говоря, примерно полгода. Все началось в первых числах июля 1941 г., когда он, 17-летним парнем, окончившим только что 9 класс московской школы на Старом Арбате (в Серебряном переулке), был зачислен добровольцем и отбыл в сторону Западного фронта (фото 1). Конец его военной эпопеи – предновогодние дни 1941 г., когда он дождался контрнаступления наших войск, освободивших от оккупации район Калуги, где он вынужден был скрываться от немцев в избе у местных жителей.

Keep Reading

ГУННЫ И СКИФЫ

Снова свирепые гунны
Тучей над миром нависли
Слышен их топот чугунный
На Рейне, на Буге, на Висле.

Всюду несут разрушенье
В злобе тупой и бесстыжей.
Сеют зерно преступленья
В дворцах и музеях Парижа.

По древнему правилу римлян
Пируют в палатках становищ,
Поют свои мрачные гимны
В свете горящих сокровищ.

Лодки коварных вандалов
Рыщут по морю в тумане.
Скрывшись в фиордах и скалах
В ночь стерегут караваны.

Им ненавистен обычай
Стран, покорённых войною.
Воины из-за добычи
Ссорятся между собою.

В храмах священные плиты
С мудрыми письменами
Кровью неверных политы,
Смешанной со слезами.

Жадному богу наживы
Здесь они жертвы приносят,
Голосом сладким и лживым
Бога о милости просят.

Глупая шутка природы,
С сердцем, задетым проказой,
Гунны боятся свободы,
Как самой опасной заразы.

Тысячи виселиц встали
Цепью от моря до моря.
Люди вовеки не знали
Такого великого горя.

Тесно им стало в Европе,
Некогда сильной и гордой.
По старым дорогам и тропам
К востоку направились орды.

Если бы древние, гунны
Этих далёкие предки,
Услышав их топот чугунный
В склепах от старости ветхих,

Выйдя из мрачных потёмков
Снова на землю вернулись,-
Зверствам кровавым потомков
Они бы и то ужаснулись.

Гунны в жару и метели
Грянули степью привольной.
Коней напоить захотели
Из Волги широкой и вольной.

Навстречу им поднялись скифы,
Свободное, гордое племя,
Слагавшие громкие мифы
Про старое, грозное время.

Чтоб враг не похитил случайно
Крупицы их знаний и веры,
Свитка папирусов тайно
Спрятали в дальних пещерах.

В сердце по древним заветам
Ненависть к гуннам носили
В душе они были поэты
И жизнь, как свободу любили.

В боях они страха не знали,
Измену карали сурово.
И если порой отступали,
То с тем, чтобы ринуться снова.

Вождь их, познавший с народом
Счастье и тяжкие беды,
Видел вперёд через годы
И он предсказал им победу.

В разгаре жестокого боя,
Собравши последние силы,
Он скифов повёл за собою
И счастье врагу изменило.

На запад бежит неприятель,
Свернув боевые знамёна,
И вот уже скифские рати
Напились шеломом из Дона.

Народы в сказаньях и мифах
Прославят тот день юбилейный,
Когда победители скифы
Напоят коней своих в Рейне.

Январь 194… года